Melancholia Cinema | Whiplash

Я очень люблю кино, и всегда живо интересуюсь всеми новостями крупнейших кинофестивалей мира, попутно не ограничивая себя в жанрах и эпохах, то погружаясь то в пучины европейского артхауса, то получая мальчишеское удовольствие от задорных глупостей современного голливуда. Но если вы вдруг снизойдете до беседы и решите спросить меня, какой кинофестиваль (а, значит, и какое кино) я считаю самым милым сердцу я не долго думая отвечу — Санденс. Именно те фильмы, которые безоговорочно просто можно отнести к замечательной золотой середине между высоколобым киноискусством с мучительным хронометражем повествующим о лошади символизирующей человечество и разухабистым карнавалом о еноте, символизирующем енота. Фильм фестиваля Санденс всегда будет простым, жизненным и красивым. Он всегда окажется удивительно актуальным для каждого, несмотря на типичную американскую местечковость и нарочитое отсутствие масштаба в кадре. Санденс редко доберется до Оскара (хотя, случаи и бывали), но уж точно даст фору любому Арго и двенадцатилетнему рабу по накалу страстей, актерским работам и кинематографичности. Сегодня речь пойдет о победителе Санденс прошлого года.

Любой фильм о — назовем его условно — «достижении идеала» строится по одной и той же схеме. Неудачник аутсайдер (не)случайно находит великого мастера, который через боль и философию ведет того к величию. На пути ученик непременно теряет веру в себя после первого провала, а затем, в финальной и решающей битве, когда, кажется, все шансы на победу уже упущены, делает последний рывок и одерживает изумительную, заслуженную и выстраданную победу. Одержимость («Whiplash») за небольшими исключениями, следует по тому же пути. Но это именно тот случай, когда банальный сюжет (ради справедливости, все же, стоит отметить наличие нескольких неожиданных ходов), уходит на второй план, скрываясь в тени выдающихся работ двух главных актеров, звукорежиссера и режиссера фильма. Не преувеличением будет сказать, что именно режиссура, звук и лицедейство в том самом, великом лучшем смысле этого слова, являются работами такой силы и такого качества, что Одержимость можно смело вносить в список лучших и самых недооцененных фильмов десятилетия, ведь, как показывает практика, ограниченный прокат и Санденс в лучшем случае выливаются в культовый статус картины, чего здесь — за неимением сюжетных и философских откровений — ждать не приходится.

С другой стороны, если вы все еще ждете глубокой философии и чего-то НОВОГО от кино, то вы либо безнадежно отстали от своей эпохи (которая, раз уж мы говорим о философии, закончилась году в эдак 200 нашей эры), либо все еще слегка молоды и наивны в своем понимании искусства. Но оставим этот бессмысленный снобизм и вернемся к Одержимости.

Здесь важно будет обратить ваше внимание на то, что Whiplash — это не только кнут (вызывающий аналогии в первую очередь с пару раз использованным в фильме методом наказаний и поощрений), но и главная — и вызывающе сложная для исполнения — мелодия, являющаяся чуть ли не мерилом величия, которого хочет от каждого своего подчиненного руководитель школьного джаз-бэнда.

Работы главных актеров, как я уже говорил — заслуживают всяческих оваций, а понятие «химия», чаще всего применяющееся к гетеросексуальным экранным парам, подходит здесь как нельзя лучше, ведь то бурлящее напряжение, которое удается создать Майлзу Теллеру (одному из наиболее «сильных» молодых актеров в США сегодня) и Дж.К.Симмонсу (ветерану, знакомому широкой общественности по роли издателя из первых фильмов о «Человеке-Пауке») порой буквально разрывает экран, волнами выплескиваясь в зрительный зал, сметая на своем пути ошарашенных зрителей. Одного этого уже было бы достаточно для эталонного фильма, однако работа режиссера, снявшего свой второй фильм, также заслуживает восхищения. Начиная с самых первых кадров, он заключает вас в замкнутое пространство кадра то и дело прогибающегося под массой характера Симмонсовского персонажа — жестокого и беспощадного  — скажем прямо — фашиста, который за уши тащит своего протеже к величию, руководствуясь как всегда простой и, засим, крайне опасной максимой — если ты великий, ты никогда не сломаешься. И здесь можно было бы  продолжать вытягивать наружу спрятанные по всему фильму политические аллюзии, но, право, под звуки (символичного, прошу заметить) барабана — одного из главных орудий фильма  — этим все-таки не хочется заниматься.

Звучание фильма поистине завораживает, причем не только самим фактом своего существования в экранном пространстве (это, напомню, фильм про консерваторию и джаз-квартет), но и отдельными всполохами барабанной дроби, которая весь фильм отстукивает ритм жизни главного героя, борющегося с самим собой и окружающим миром, для которого барабаны — всего лишь игрушка, а музыка и просто субъективна. Однако, кинув решительное нет всем тем, кто бесконечно далек от вожделенного ему величия, амбициозный барабанщик долго не может совладать со своими внутренней дисгармонией и аритмией.

Свет и цвет — отдельная строка. Темно-древесные тона, в которых режиссер выдерживает все полотно, яростно оттеняются кровавыми мозолями на руках и бесконечными потоками пота, смущающего многих, кто видит трейлер киноленты. Это, однако, лишь очередные кирпичики в основании бетонной конструкции великого фильма о величии. И эта тавтология всего лишь скромная попытка передать словами то неуловимое, что все еще делает кинотеатр частичкой мира искусства.

Реклама

Melancholia Cinema | Whiplash: Один комментарий

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход / Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход / Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход / Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход / Изменить )

Connecting to %s